Сериалы и нечто иное

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Двойники

Сообщений 1 страница 10 из 12

1


Реквием волн начинается с крика чайки (с)

И всякий путь оплакивает ветер (с)

Сегодня не будет бури. Прожив полгода на яхте, он достаточно узнал об океане, чтобы понять это. Яростный с утра, сейчас, после полудня, ветер медленно стихал, но к прибою еще не вернулась размеренность спокойствия, и волны пенились у подножья обрамляющих эту часть побережья скал.
- Ну, теперь ты скажешь мне, в чем дело? - хмуро спросил он  остановившую машину Иден.
- Идем.
- Куда? - не понял он.
Вместо ответа она отстегнула ремень, неторопливо вышла из машины и, не закрывая дверцы и  не оборачиваясь, направилась к ведущей наверх тропинке.
- Иден, если ты считаешь, что я стану совмещать беседу, на которую ты так настойчиво меня пригласила, с занятием альпинизмом, ты ошибаешься,- раздраженно заметил он ей вслед.
Она молча обернулась и пристально посмотрела на него. Хлестнувшая берег волна обдала его брызгами;  ощущение холода неуловимо соединилось с молчаливой властностью в ее глазах.
Он машинально застегнул пиджак и направился за ней - полунастороженно, полураздраженно. 
Поднимаясь по крутой тропинке, он невольно залюбовался ее движениями - изящными, уверенными. Смутно ощутил в них что-то новое, что-то…  словно вырвалась наружу долго сдерживаемая сила. Шевельнулось неясное опасение. Сила эта была -  опасна.
Черт, просто нервы.

***

Она раздумчиво прошла к дальнему концу относительно ровной площадки и несколько секунд, не оборачиваясь, смотрела на  утихающий океан. Сейчас стих и ветер, и эта тишина неприятно подействовала на Куинна. Особенно, когда Иден обернулась и пристально взглянула на него странно посветлевшими глазами.
- Что это значит, Иден?
Она с вежливо скучающим видом подняла брови.
- Догадайся, - предложила она и без прежней легкости в тоне добавила, уронила: -  Куинн.
Молчание. Обрывки фраз, доводов. Терпеливая насмешка в ее глазах.
- Ты привела меня сюда, чтобы поиграть в призраков? – наконец проговорил он.
- Нет. Чтобы закончить твою игру.
- Я тебя не понимаю. И, извини, мне пора.
Тихий, выразительный щелчок за спиной – снят предохранитель. Следующий шорох -  взведен курок.
Выждав, высчитав несколько мгновений, он медленно обернулся.
- Иден, я должен снова убеждать тебя, кто я? -  пытаясь разыграть возмущение, проговорил он слегка подрагивающим голосом.
Она пожала плечами.
- Это могло бы быть забавно.
- Иден, я - Роберт,- медленно, заставляя себя растягивать слова, проговорил он.
Она спокойно качнула головой.
-Ты не Роберт, - с безразличием сказала она. - Так же как и я,  -  еще спокойнее, -  не Иден.
- Брось, Иден, - он засмеялся. - Это что, розыгрыш?
- Ты прав,- неожиданно согласилась она. - Ну и каково это, - она переложила пистолет в правую руку, -  разыгрывать мертвеца? 
На Куинна дохнул лед. Не ветра, хотя от его порывов развевались белокурые волосы стоящей перед ним женщины и пригибались к земле растущие вдоль узкой тропинки одинокие кустарники.
Он растерянно встретил сосредоточенно  насмешливый интерес ее вгляда.  И внезапно ощутил ее полную недосягаемость, заключенность внутри себя самой.
Сглотнув, он наугад сказал первое, что пришло ему в голову:
- А ты ведь и сама специалист по притворству, разве нет?
Усмешка чуть приподняла ее брови и уголки губ. Казалось, его ответ позабавил ее.
- Неужели ты и правда считал, что я не догадаюсь?
Она вновь приподняла пистолет,  бесспорно  умело и безнадежно хладнокровно прицелилась.
- Ты этого не сделаешь,-  вырвалось у него.
В лице появилась –  проявилась -  жесткость.
- Иден стреляла в Роберта. Думаешь, я не смогу выстрелить в тебя?
- Ты этого не сделаешь, Иден, -  только и смог повторить он.
- Иден не знает о том, что я это сделаю, - так просто, как будто речь шла об отсутствующем человеке, сказала она. 
Далекий крик чайки оттенил практичную деловитость ее слов. Вторая резкая нота страха.
- Что ты хочешь сказать? - пробормотал он.
- Все очень просто, Куинн, - засмеялась она, и смех не коснулся замершего взгляда . - Ты разыгрываешь мертвеца, а я  -  разыгрываю Иден Кепвелл Кастилио.
Как бы ни мало знал он Иден, он понимал, слышал в ее голосе, видел в ее глазах- она говорит правду. Пугающе простую. Перед ним - не Иден.
Он провел рукой по лбу и вновь, пытаясь выиграть время, беспомощно повторил:
- Иден...
- Лиса.
Дохнул ветер.

***

- Бойтесь своих желаний, они сбываются, -  поигрывая бровями, словами, произнесла она. - Ты горячо желал заполучить жизнь Роберта, но смерть предпочел оставить ему.
- В него стреляла Флейм, - тяжело дыша, выговорил он.
- «Не те пули страшней всего, что насылает враг», -  насмешливо процитировала она. - Как мило.  И вполне в твоем духе. Ты до последнего цепляешься за свой фарс, но и подставить надоевшую подружку тоже не прочь.
- В него стреляла и ты, -  хрипло сказал он.
По ее лицу промчалась дрожь, руки крепче стиснули револьвер.
- Иден стреляла в Куинна, -  без выражения сказала она. Черты лица разгладились, и она добавила прежним голосом, от которого его охватила дрожь:
- Неудачно. Но эту ошибку я исправлю.
Внeзапно пришло почти бескорыстное спокойствие. А может, так ему легче будет убедить ее... Она должна поверить. Должна.
- Не исправишь,- негромко сказал он. - Никто не жалеет о том, что так произошло больше меня, и…
- Правда? - заинтересованно подняла она брови. - Досадная неудача или слишком большая удача? Ты сам-то определился, чем это считать?
- Чего, черт возьми, ты от меня хочешь?! Я ничего – слышишь? – ничего не могу исправить!!
- Не можешь,- четко и холодно сказала она, вновь наводя на него пистолет. - Не исправить.
Порыв бешенства улегся, а реакция забрала на время страх. Устало и – чувствуя, что говорит почти искренне - Куинн сказал:
-Я не хотел его смерти. Если бы от меня это зависело, этого бы не произошло.
Она чуть помолчала, и у него зашевелилась надежда, что она услышала его, поняла и поверила. Но, когда она заговорила, страх вернулся.
- Где же я уже слышала это? - она нахмурилась, делая вид, что вспоминает. –А, ну да, как я могла забыть. Одна женщина как-то нечаянно застрелила своего сына. О, разумеется, она ничего такого не хотела. Как и ты. Все произошло - само собой.  Осталось лишь принять участие окружающих, сострадание. Сочувствие. Это очень трогательно, разве нет, Куинн?
В последних словах за равнодушно  ироничным тоном зазвучала холодная ярость. Но уже через миг ее лицо вновь изменилось, и потухшим, безучастным, печальным тоном она тихо закончила:
-  Никто не хотел причинить никому зла. Никто - это забавно, правда?
Она чуть улыбнулась - жалобно дрогнули уголки губ. С говором ветра вновь смешался острый крик чайки.
- Иден не было смешно, и она не выдержала.  Она одна не смогла.
Она поднесла полунеосознанным, скрыто-нервным жестом левую руку к подбородку. Казалось, движение придало ей уверенности, или чуть отвлекло, и она смогла продолжить - теперь уже вздрагивающим от прорывающейся, безнадежной, многолетней  боли голосом:
-Однажды - это было давно - на побережье сверкало солнце. Была жара. А Иден била дрожь.  Она думала… она думала, что уже никогда не согреется.
Она зябко повела плечами, а рука все поглаживала щеку;  казалось, без этого жеста она вот-вот расплачется.
- Был полдень…
Она замолчала, и постепенно ее лицо вновь становилось  равнодушным, рука скользнула к револьверу, сжала рукоятку, пальцы вновь  подобрались к спусковому крючку.
Куинн понял.
- Если ты не Иден, какое тебе-то дело до Роберта?! - в попытке ухватиться хоть за какой-нибудь аргумент вырвалось у него.
- Никакого, - уронила она. - Пожалуй, он даже усложнял все для меня. Но его смерть усложнила все для Иден. Настолько, что...  она ничего не знает, -  резко закончила она.
- Если ты выстрелишь, Иден все узнает.
- Я ей все объясню. Она поймет.
Замедляются секунды, замирает все, кроме шального биения сердца, отдающегося в ушах взрывами. В зазоре между ее словами и почти раздавшимся  звуком выстрела - тысячи и тысячи бросков вперед. Останавливаются мысли.
Солоновато прохладный шум прибоя - впервые в жизни настолько выпуклый, настолько многозвучный - захватывает внимание - цепко и властно. Не оторваться.
С почти безразличным оцепенелым интересом следил он за ее руками и видел только тень той борьбы, которая  вдруг зажгла жизнь в серых глазах. 
Медленно опускается пистолет, а он так и не успевает понять, успел ли  броситься вперед или так и застыл на месте.
Ему некогда. Он следит за ее лицом.

Соскальзывает холод равнодушия, презрения и надменности. Оживают, теплеют  глаза, оживает, пробуждается, вырывается –Иден. Отшатывается - от ставшей почти непривычной реальности.  Иден - в том состоянии, когда вещественность, протяженность мира отзывается в сознании отчаянием, надрывом. Потому что все - как прежде, все - как надо. Кроме тебя.
Он замер.
Не глядя - шаг. Еще один. Прочь от него. Наощупь, неуверенно. Споткнулась.
- Иден! - вырвалось у него.
Он звука его голоса она вздрогнула, покачнулась. Поскользнулась.
Приготовленным за минуту до этого за собственную жизнь и так и не растраченным броском - к ней. 

***

Двое - на краю. Двое- у грани. Так близко, что рукой подать - до пустоты.
Она еще так близко, что можно - удержать. Даже ему.
Уже так далеко.
Он все еще конвульсивно прижимает ее к себе, она равнодушно смотрит вдаль - она еще не осознала, как близка была к бездне.
- Иден?
Она не ответила. То, другое имя, замерло у него на губах. А через мгновение, когда она подняла глаза, исчезло.
На него смотрела не Лиса. И не та Иден, которую он знал так плохо. А, может, и не намного хуже других.
На него смотрела  семнадцатилетняя девочка, которую он никогда не знал. А, может, она была еще младше.
Заглядывая ей в глаза, он видел: чужая, не ее, отрешенность, раскололась, растаяла. Осталась боль - не та, перед ужасом, перед началом разлома. Та, что приходит, когда все уже позади. Когда уже не страшно. Боль не утренняя, не вечерняя и не ночная. Самая спокойная и обжигающе тихая, дневная.  День. Это -  время для осознания любой потери. Это- время отчаяния. Если  теряешь - или уже потерял -  себя.
Все это было в ее глазах.
А еще было в ней что-то, что такой щемящей нежностью наполняет того, кто смотрит на спящего ребенка:  неосознанная, неосознаваемая, неукрытая беззащитность.
Она подняла руку. Медленно, упрашивающе, оберегающе коснулась  его щеки. Так не дотрагиваются до любимого человека. Так просят - пусть с тобой все будет хорошо…
- Робби...-  беззвучнее, чем ее слезы, упали слова. - Робби, скажи, что это ты... скажи, что это я.
Вперед его слов, вперед его лжи, пронизывающим признанием одиноко прозвучал над океаном крик чайки.

+5

2

Джой, очень цепляюще.
Спасибо  http://www.kolobok.us/smiles/he_and_she/give_rose.gif

Подпись автора

Все мы, малые и великие, исчезнем однажды, под властью времени...

+1

3

Очень сильно! Нет даже слов.
Уже третий фик в котором дуэт Куинна и Иден. Они ведь так мало знали друг друга, а здесь столкнулись. Создается такое ощущение даже, что он попадает под ее чары, как и Роберт.

Джой написал(а):

- Робби...-  беззвучнее, чем ее слезы, упали слова. - Робби, скажи, что это ты... скажи, что это я.
Вперед его слов, вперед его лжи, пронизывающим признанием одиноко прозвучал над океаном крик чайки.

Куинн будет продолжать играть роль Роберта?

Подпись автора

Злобный Буратино!

+1

4

Очень сильно... Аж до слёз... Правда... http://www.kolobok.us/smiles/standart/cray.gif

Подпись автора

- Через столько лет?
- Всегда...

+1

5

Джой, спасибо большое, очень проникновенный фик..

+1

6

Джой, у меня нет слов! Ты просто талантище! Очень проникновенно! 
Спасибо!  http://www.kolobok.us/smiles/he_and_she/give_rose.gif

Подпись автора

Для невозможного потребуется время. (с)

+1

7

Девочки, спасибо за  эмоции! :love:  Безумно приятно!

Куинн будет продолжать играть роль Роберта?

Пока не уведет хотя бы с этой скалистой площадки-  да.

еще раз всем спасибо!

0

8

Джой написал(а):

Пока не уведет хотя бы с этой скалистой площадки-  да.

Спасибо за то, что его в совсем гада не превратили и что-то хорошее и ему не чуждо в фике. :suspicious:

Подпись автора

Злобный Буратино!

+1

9

аж мороз по коже...

0

10

Кристина написал(а):

аж мороз по коже...

Кристина,  линия Иден-Лисы да, вот вся такая трагичная...(

0



Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно