Я тоже. Потому что не стоит анализировать Чипа только по его ответам психиатру. Он изначально раздражен необходимостью этих сеансов, и про свои реальные чувства к Иден или Виктории открываться не собирался.
Потому что больше правды в его воспоминаниях.

Понятно, что фокус был на других событиях. Но это там шло красной нитью.

В какой-то мере и это. И заметь, в мире моих фиков, все кепвелята добились успеха. Не все в конкретно семейной бизнесе, но каждый в той области, в которой захотел.

Да, верно, ALana.
Вспомни Адри до знакомства с Робертом, учеба и карьера ее мало волновали, она училась по инерции, чтобы семью не подвести. Лишь Роберт ей показал, что образование и карьера для себя нужны, своей реализации, а не в качестве медали одобрения на шею.

Что мы имеем для Чипа.
Бабушка Кармен, которая пахала всю жизнь, умерла в итоге, растратив запас здоровья.
Дед Рафаэль, легко относящийся к жизни, не построивший серьёзной карьеры.
Сомнительная деятельности дяди Рика.
Вся орава Кепвеллов. Так или иначе занимающаяся бизнесом.

И отец. Да, когда-то полицейский всеми уважаемый. До сих пор уважаемый. Но Чип не наблюдал эту карьеру отца. Лишь совсем малышом.
Когда Круз вернулся в Мексику, когда больше не надо было скрываться из-за Би Джей, Круз начал снова инспектировать пожарные вышки. Конкретно ради денег, чтобы обеспечивать детей и пожилых родителей. Теперь он консультант в Куантико.
И вот та карьера отца, уважаемого копа, и стала ориентиром Чипа, не человеческие качества отца, а именно карьерные.

Но быть простым копом в Санта-Барбаре? При дяди губернаторе, матери, владелицы целого канала, остальной родне, которые все в бизнесе.
Кто бы ему дал. Захотели бы продвинуть и помочь. Поэтому и был побег в армию.

Отредактировано Келли Хант (2025-05-05 21:28:06)

Подпись автора

Крейг был плохим парнем, стремящимся стать хорошим, и хорошим парнем, с дурными наклонностями.

Келли с ностальгией и некой тоской по прошлому разглядывала сияющие в лучах солнца бриллианты на колье, которое держала в руках. Она сидела на кровати в комнате дочери. Дженнифер с Донной и парой других подруг отправилась на пляж. Крейг вел в кабинете переговоры с Токио. И она надеялась, он не застанет ее с колье. Ей совсем не хотелось новой сцены ревности от мужа.
В день, когда Роберт подарил это колье, она была счастлива. Искренне и по-настоящему. Так сильно любила Роберта и верила, они будут вместе, обязательно. Брак, дети, семейный уют — все это очевидно и неизбежно для них теперь. Его сердце оттаяло, он распрощался с прошлым и Иден, и впереди лишь радужное будущее.
Сказочная иллюзия, не продлившаяся слишком долго. Роберт бросил ее и уехал, оставив совершенно разбитой. Заставил поверить не в свою любовь к ней, а что прошлое все еще более значимо для него. Даже если слова об Иден были всего лишь попыткой защитить ее и уберечь от безрассудства, больнее от этого не было. Но после случилось столько всего, что прочее просто померкло в сравнении. И на долгие годы у нее оставалась лишь вина по отношению к нему. Что полюбила Куинна, что была безразлична к смерти Роберта. Что ни разу не навестила его могилу после смерти, когда уже точно знала, что там лежит именно он.
«— Здесь нет ничего, кроме этого.
— Ну так открой.
— Роберт, это же бриллианты!
— Неужели? А я решил, что стекляшки. Ну-ка покажи.
— Я никогда не видела ничего подобного!»
Собственный восторженный голос раздавался в ее голове, воскрешая эмоции. Да, в том момент она была счастлива. И колье значило для нее больше, чем если бы он преподнес ей обручальное кольцо. И прямо сейчас невозможно ни думать, как бы у них с Робертом все сложилось, если бы не Куинн. Крепкий брак? Дети? Иден, вечно стоящая между ними? Смогла бы она однажды побороть ревность к старшей сестре?
Келли медленно провела пальцами по блестящим камням. Предполагать и представлять можно что угодно. Любое возможное будущее с Робертом. Самое светлое и счастливое, самое мрачное и болезненное. Милые семейные картинки или безысходность расставания. Но о грустном ей сейчас думать совсем не хотелось.
Келли прижала колье к груди. Хотелось верить, что, если загробная жизнь существует, и Роберт наблюдает за ней, он простил ее. Не сердится на ее за предательство. Ни в чем не винит.

Подпись автора

Крейг был плохим парнем, стремящимся стать хорошим, и хорошим парнем, с дурными наклонностями.

Они стояли у входной двери и целовались.
Саманта старалась полностью погрузиться в происходящее, впитывала каждое прикосновение и поцелуи Ченнинга. Джейсон в прошлом, она искренне собиралась оставить его в прошлом и быть хорошей женой для Чипа.
Осталось убедить в этом самого Чипа. В том, что им следует пожениться. Продолжение ужина она планировала просто как еще один сюрприз для него. Но теперь собиралась использовать, чтобы чуть надавить на взбрыкнувшего почти жениха, подтолкнув к верному решению. Саманта искренне верила, у нее все выйдет. Отказ она не собиралась принимать.
— Закрой глаза. — Немного отстранившись, прошептала Саманта Чипу на ухо.
— Еще сюрприз?
Она чмокнула его в щеку. Чип снова притянул ее к себе и поцеловал в губы, властно и настойчиво. Он не слизняк Янг, который сам не знает, чего хочет от жизни. Не допустит потери Саманты. И брак здесь вовсе не обязательное условие.
Когда Чип прервал поцелуй и отстранился, с довольной улыбкой закрыл глаза, Саманта достала из сумочки ключи и открыла дверь. Взяла его за руки и осторожно провела внутрь квартиры.
— Постой здесь немного и не поглядывай.
— Я заинтригован.
Саманта снова чмокнула его в щеку и скользнула сначала в кухню. Бросила сумочку на стол. Достала шампанское, сорвала фольгу с горлышка. Вытащила из морозилки лед и высыпала его в ведерко, опустила туда бутылку, захватила с собой два бокала и прошла с ними в гостиную. По пути бросила взгляд на Ченнинга, который продолжал стоять у входной двери с сияющей улыбкой на лице.
Поставив ведерко со льдом и шампанским на стол, а рядом бокалы, она спешно подожгла заранее приготовленные свечи. Гостиная засияла их тусклым и мягким полумраком.
Затем она сбросила туфли с ног и вернулась к Чипу. Прошептала:
— Сними обувь.
Чип послушно разулся. Затем Саманта провела его в гостиную.
— Можешь открыть глаза.
Ченнинг открыл глаза. Гостиная была усыпана свечами. И свет от них создавал вокруг невероятную атмосферу. На журнальном столике стояло ведерко с шампанским. И все это, окружающая атмосфера, ему что-то сильно напоминала.
— Несмотря на все твои сомнения, я действительно хочу быть твоей женой.
Убежденно произнесла Саманта, смотря прямо на него. Затем поцеловала. Отстраниться он ей не дал, целуя в ответ.
— Я хочу, чтобы ты была абсолютно уверена.
— Я знаю. Включи музыкальный центр.
Ченнинг послушно отправился включать музыку, убежденный, что его снова ждет сюрприз. Так и было. Зазвучавшая мелодия хранила в себе множество воспоминаний. Словно стоило оглянуться, и им с Сэм снова по пятнадцать лет.

Ты песня,
Написанная
Рукой Бога.
Не пойми меня превратно.

Их первая ночь с Самантой. Первая близость. Чип ощутил, как его заполняет счастье, а сомнения начинают отступать прочь. Может, к черту Джейсона Янга?
Он медленно направился обратно к Саманте, притянул к себе и крепко обнял. Она ведь вся его жизнь. Единственная любовь.
— Хочешь соблазнить, чтобы я передумал?
Хрипло спросил Чип, целуя Саманту. Медленно, нежно, растягивая и наслаждаясь этим мгновением. Они всегда будут принадлежать друг другу, если он позволит.

Под твоей одеждой
бесконечная история.
Под ней мужчина, которого я выбрала,
Моя территория
И всё то, что
Я заслужила,
Будучи хорошей девочкой, дорогой.

Саманта, крепче прижимаясь к Чипу, желая большего, точно знала, он никогда не смог бы забыть их первую ночь вместе. Ее невозможно забыть. Тогда они оба были уверены, что никогда не расстанутся. Вместе до самого конца. И ей хотелось вернуть эту уверенность вновь. И чтобы все сомнения Чипа исчезли.

Из-за тебя
Я забыла
Хитрые способы лгать.
Благодаря тебе
У меня закончились
Поводы к слезам.

Им обоим к тому моменту исполнилось по пятнадцать лет. И Чип снял для них президентский номер в «Кепвелл отеле». Свечи, шампанское. Все это он приготовил для нее тогда. И они были первыми друг у друга. Занимались любовью именно под эту самую песню. Да, неопытность и неловкость тоже присутствовали тогда, но все равно эта была незабываемая ночь.

Мы по-прежнему принадлежим
Друг другу.

Под твоей одеждой
бесконечная история.
Под ней мужчина, которого я выбрала,
Моя территория
И всё то, что
Я заслужила,
Будучи хорошей девочкой, дорогой.

Саманта прервала поцелуй и немного отстранилась, стянула с него пиджак, бросив его на пол. Затем принялась расстегивать пуговицы на его рубашке. Выглядела она невероятно соблазнительной, восхитительно-прекрасной. Когда справилась с последней пуговицей, толкнула его к дивану. На который он буквально рухнул. Она тут же оседлала его колени и стала покрывать его обнаженные грудь и живот горячими поцелуями.
И он уже желал ее полностью и абсолютно, что не укрылось и от нее.
— Так женишься на мне или нет?
Чего добивается Сэм стало яснее ясного. И Ченнинг понял, что с трудом сопротивляется собственным желаниям. Но хотелось гарантий, хоть какой-то уверенности, чего-то осязаемого. Иначе он был бы последним идиотом.
— А Янг?
— В прошлом. Окончательно.
— Сэмми…
— Я люблю тебя.
— Где чертово кольцо?!
Саманта протянула руку к карману его брюк и вытащила оттуда коробочку. Чип нетерпеливо открыл ее, достал кольцо, саму коробку отшвырнув куда-то в сторону. Рука Сэм в этот момент уже была рядом с его лицом. Чип надел кольцо ей на палец.
Добившись своего, пару секунд любуясь кольцом на своем пальце, Саманта развернулась спиной к Чипу, чтобы он расстегнул молнию на ее платье. Когда оно полетело на пол, горячие ладони Чипа коснулись ее обнаженной спины. Через секунду ее бюстгальтер постигла судьба платья. Затем он развернул ее к себе. Приник губами к ее груди. И вдруг совершено все перестало иметь значение. Она действительно хотела этого. Быть его, принадлежать Чипу, стать его женой.

Под твоей одеждой
бесконечная история.
Под ней мужчина, которого я выбрала,
Моя территория
И всё то, что
Я заслужила,
Будучи хорошей девочкой, дорогой.

Shakira — Underneath Your Clothes.

Отредактировано Келли Хант (2025-05-11 11:48:39)

Подпись автора

Крейг был плохим парнем, стремящимся стать хорошим, и хорошим парнем, с дурными наклонностями.